Сначала про меня — ту, которую вы видите
Меня часто спрашивают: «Марина, вам-то легко. У вас конституция такая». Я каждый раз улыбаюсь внутри, потому что знаю: мою «конституцию» зовут иначе. Она называется 85 килограммов в 17 лет, ноги, каждая из которых была как две мои сегодняшние, бёдра, которые не влезали в розовые брюки с низкой талией, когда они вошли в моду. Она называется взглядами на летней даче и словами: «О, Маринка, ты поправилась».
Я стою сейчас в зале перед камерой, и за спиной у меня пятнадцать книг, своя Академия дыхательных гимнастик — первая в России с государственной аккредитацией, 89 городов, фитнес-туры, телепередачи, ордена. Пять миллионов человек, которые научились дышать по моим методикам. Женщины, которым врачи ставили «бесплодие», а потом они рожали.
Я улыбаюсь и отвечаю: секрет в том, что я перестала с собой воевать. Это правда, но это сейчас. А до этого была война, и в этой войне я чуть не осталась без себя.
Потому что стройность — это не про «повезло с фигурой». Это про аменорею, когда организм говорит «стоп», про два пальца в рот после банки кукурузы и гороха, про диагноз в карте жирными буквами: «бесплодие». И когда кто-то говорит мне про конституцию, я вспоминаю 5 октября 1999 года, когда проснулась, мне безумно хотелось плакать, и я сказала себе: я больше такой не буду.
Я тогда ещё не знала, какой ценой это дастся, и не знала, что путь к стройности — это не прямая дорога, а петля, которая сначала затягивает тебя вниз, в самую трясину, чтобы потом выбросить наверх.
Та девочка, которая ела и ела
Мама готовила на большую семью: два первых, два вторых, два третьих, и кормить для неё значило любить. Я росла в этом убеждении, что если ты дома — значит, ешь, а если ешь — значит, всё хорошо.
Я была спортивной, любила ритмику и танцы, физкультура была моим любимым предметом, но даже это не спасало. К пятнадцати-семнадцати годам я весила 85 килограммов.
Мальчики не говорили мне, что я толстая. Это говорили взрослые — родители знакомых на даче, случайные люди, которые произносили «Маринка, ты поправилась» так легко, словно делали комплимент, хотя попадали этим словом не в бок, а прямо внутрь. В старших классах в моду вошли брюки с низкой талией, розового цвета, и я понимала, что не могу в них влезть со своими бёдрами, что так хотелось носить модное и чтобы на тебя смотрели иначе, а вместо этого я просыпалась утром с чувством стыда за своё тело.
5 октября 1999 года я лежала и смотрела в потолок, и вдруг сказала себе: «Я больше такой не буду никогда». Я не знала как. Я просто сказала это и пошла искать способ.
Японская диета, 25 килограммов и первый сбой
Интернета в каждом доме ещё не было, и главным источником информации служили журналы. В одном из них, кажется, Shape, я нашла японскую диету: десять дней, обещание минус пять-семь килограммов. Я села на неё и поняла, что у меня получается, что я не срываюсь, что стрелка весов ползёт вниз и мне нравится это чувство контроля. Одногруппники удивлялись: «Марина, у тебя железная воля». За четыре месяца я похудела на 25 килограммов.
Но худела я неправильно. После японской диеты я просто перестала есть, потому что еда стала врагом, и параллельно добавила жёсточайшие тренировки: час аэробики утром перед институтом, после пар — велотренажёр, силовая, бег по лестнице на седьмой этаж. Весь подъезд знал, что с трёх до четырёх Марина выходит бегать по лестницам, потому что я вычитала: одна ступенька сжигает четыре килокалории, и я считала каждую.
Были и срывы, которые я называла «плохими днями». Начиналось с одной конфетки, а заканчивалось тем, что я открывала холодильник и сметала всё: банку сладкой кукурузы, горох, всё подряд, а потом шла в ванную и вызывала рвоту. Так продолжалось месяцев семь-восемь, пока организм не сказал «стоп».
Началась аменорея: месячные прекратились, репродуктивная система просто перестала работать. Врачи посадили меня на гормоны, но как только я переставала их пить, всё возвращалось к нулю. Я обошла трёх гинекологов, ни одна не смогла помочь, пока мама не нашла четвёртую, жёсткую, без сюсюканья, которая сказала прямо: «Если не начнёшь есть, бесплодие тебе обеспечено».
Я вышла от неё на улицу и долго стояла, плакала. Мне было двадцать лет, и в моей карте до сих пор стоит этот диагноз, который так никто и не вычеркнул. Я подняла глаза в небо и просила о помощи, просила показать способ, как похудеть, не убивая себя. И не знала, что ответ уже лежит на прилавке в подземном переходе.
Зелёная книжка в подземном переходе
На следующий день я ехала в институт и, как обычно, спустилась в переход. Я шла мимо книжных прилавков каждый день и никогда не останавливалась, но в этот раз зачем-то посмотрела и разглядела зелёную обложку — зрение у меня плохое, я тогда стеснялась носить очки, но надпись «Бодифлекс» я всё-таки прочитала. Купила, сама не понимая зачем, и положила на полку.
Книга пролежала несколько месяцев. Я иногда листала её, но не воспринимала всерьёз: как можно похудеть, просто дыша? Я привыкла пахать, привыкла, что результат даётся потом и кровью, а тут какие-то непонятные вдохи и выдохи. В тот день, когда я вышла от врача с диагнозом, я вернулась домой, достала брошюру и сказала себе: «Терять мне нечего».
Я начала дышать — неправильно, наверное, как попало, как поняла из книги: вставала в позы, задерживала дыхание, втягивала живот и верила слепо, отчаянно, по-детски, решив, что если это мой последний шанс, то я отдамся ему полностью.
Через неделю я взяла сантиметровую ленту и обомлела: в бёдрах ушло четыре сантиметра. За неделю, без жёстких диет и часовых тренировок. Я смотрела на цифры и не верила. Вещи стали свободными, я чувствовала, как тело меняется, и поняла, что это не случайность.
Я стала ждать утра: засыпала и думала, скорее бы снова подышать, и не пропускала ни одного дня. Но самое главное происходило внутри: гормоны, которые врачи вколачивали в меня таблетками, начали вырабатываться сами, месячные вернулись, тело перестало быть врагом. Мне стало безумно интересно, как дыхание может так менять человека, почему кислород сжигает жир, и я поняла: зелёная книжка — это только начало, мне нужно копать глубже.
До 84% жира выводится именно через дыхание!
Институт физкультуры и моя внутренняя диссертация
Я поступила в РГУФК на второе высшее, потому что хотела понять не поверхностно, а до конца: что такое газообмен, как работают лёгкие, почему кислород окисляет жир. Когда пришла на первые лекции, меня накрыло: оказалось, я уже знала половину материала, потому что год за годом по ночам собирала эти знания по кусочкам из медицинских справочников и журнальных статей.
На выпускном я защитила диплом по собственной методике — уже не «Бодифлекс» в том виде, в каком он пришёл ко мне из книжки, а своя переработанная, адаптированная система с пониманием того, почему, зачем и как. Я переделала всё, потому что оригинальная методика имела противопоказания и не учитывала особенности женского организма, а я на собственной шкуре поняла: нельзя просто взять чужое и повторять, нужно дорабатывать и тестировать.
Главное, что я поняла: основной жировыводящий орган — это лёгкие, кислород окисляет жир, и это доказали ещё японские хирурги-онкологи, только эти исследования долго не доходили до широкой аудитории. Когда я нашла эти работы, у меня внутри всё перевернулось: значит, я не зря верила в ту зелёную книжку, значит, наука подтверждала мой опыт.
Я открыла студию — маленькую, в Москве, не зная, придёт ли кто-то. Пришли сначала несколько человек, потом десятки, сотни, и я учила их не просто дышать, а не бояться еды, не ненавидеть своё тело, не убивать себя тренировками.
Студия, книги, города
Студия росла, приходили те, кто сбросил 20, 30, 40 килограммов, они приводили подруг, мам, дочерей, и я видела, как женщины преображались не только телами: они расправляли плечи и начинали улыбаться.
Вопросы сыпались со всех сторон — можно ли дышать, если болит спина, как быть кормящей маме, что есть, чтобы не набирать, и я отвечала, пока не поняла, что все эти ответы нужно собрать в одном месте. Так родилась первая книга, потом вторая, десятая, пятнадцатая.
В 2007 году на канале «Живи» вышла программа «Худеем с Мариной Корпан». Я стояла перед камерой и боялась не самой съёмки, а того, что не смогу донести главное, но люди писали: «Мы с вами, у нас получается». После этого были другие каналы, другие программы, и меня начали узнавать на улицах — дикое ощущение, потому что внутри я всё та же Марина, которая когда-то плакала на улице после приёма у гинеколога.
Потом начались фитнес-туры по 89 городам, залы по тысяче человек, и когда в 2020 году грянул ковид, я понимала: дыхание нужно сейчас как никогда.
Мы организовали благотворительные марафоны «Корпан Air» — сначала с администрацией города, потом по приглашению глав регионов, и люди дышали, восстанавливались, выздоравливали. Это было для меня важнее любых наград.
В 2024 году я основала Первую Международную Академию дыхательных гимнастик на базе РГУ им. Косыгина с государственной аккредитацией и лицензией Министерства образования. Когда я увидела первых студентов, у меня сжалось горло: они разъедутся по городам и будут учить дышать тех, кто пока не знает, что выход есть.
Та самая карта с диагнозом и моя Милана
В 2008 году у меня родилась дочь Милана.
Помните, в моей карте до сих пор стоит «бесплодие», которое никто не вычеркнул. Врачи просто перестали его озвучивать, а потом я забеременела сама — без ЭКО, без гормонов, без врачей, которые когда-то разводили руками. Когда я держала Милану на руках, я думала: вот ради чего я прошла весь этот ад, не ради стройности и книг и наград, а ради этого момента.
Я часто шучу, что скоро повешу вывеску «Центр планирования семьи», потому что после меня рожают те, кому врачи не оставляли шанса. Женщины приходят с аменореей, с поликистозом, с диагнозами, которые звучат как приговор, а через год-два пишут: «Марина, я беременна». И я плачу каждый раз, потому что знаю: дыхание — это не просто про похудение, это про жизнь и про возвращение себе того, что казалось потерянным навсегда.
О чём я мечтаю сейчас
Ко мне пришла однажды одна клиентка по имени Анастасия, ленивая в хорошем смысле слова. Она занималась, но делать упражнения дома не хотела, и однажды сказала: «Корпан, ну когда ты изобретёшь такую методику, чтобы я к тебе приходила, лежала, ты меня гладила, я дышала и худела?» Я засмеялась, а потом подумала: а ведь в этом что-то есть. Многие женщины устали воевать с собой, насиловать себя диетами и ограничениями, и им нужна мягкость, им нужно, чтобы кто-то сказал: всё будет хорошо, просто дыши.
Я продолжаю изучать дыхание, неврологию, биохимию, потому что наш организм — невероятный механизм, и когда с ним начинаешь договариваться, стройность приходит сама.
Если вы узнали себя в моей истории, помните: у вас тоже есть этот инструмент. Просто сделайте вдох. И ещё один. И ещё.
Всё получится.
Хотите читать меня в соцсетях? Подпишитесь на мой канал в Телеграм и группу ВКонтакте
